На заре цивилизации: винная культура Месопотамии

Питание будущего

Виноградной истории уже 15 миллионов лет. Но первым местом, где вино стало важной частью общественной жизни, является Месопотамия, междуречье Тигра и Евфрата в районе современного Ирака. Регион, который называют колыбелью цивилизации, стал и колыбелью винной культуры. Цивилизация начинается с вина?..

Как и что делали из винограда жители древнего Междуречья, сказать теперь сложно, но у старейшей винной культуры мы можем выделить социальный аспект, ее основу. Судя по найденным в долине Тигра остаткам глиняных сосудов, датируемым III тысячелетием до н. э., жители Месопотамии делали смесь вина с пивом, медом и яблочным соком.

Вполне возможно, что виноград для древнейших вин привозили с Загроских гор (тянутся от Курдистана до Ормузского пролива на юге Ирана), на что указывает Геродот. Однако запечатывание бутылок пробками с фирменными знаками, практиковавшееся в Междуречье, наводит на мысль, что виноград также рос и в самой Месопотамии. А значит, Месопотамия — это не просто место, где сформировалась первая винная культура, здесь же, возможно, был найден и первый виноград.

История древнейшей из известных науке цивилизаций начинается примерно с IV тысячелетия до н. э., когда в районе реки Евфрат образуются первые шумерские поселения. Язык шумеров, которые первыми изобрели письменность, не имеет установленных родственных связей ни с одним современным языком. Предположительно, шумеры относятся к древней средиземноморской расе, при этом установлено, что народ этот прежде жил в горах, о чем говорит масса факторов.

Примерно в это же время или несколько позже в Междуречье появляются семиты, пришедшие из Аравии, — аккадцы, ассирийцы и т. д. Своими корнями эти протоарабы относятся к древнейшей афразийской группе, от которой происходит и множество африканских народов от Египта и Чада до Танзании и Камеруна.


Винная хронология

Еще в начале III тысячелетия до н.э. разрозненные, сформированные по кланам племена воевали за источники и землю Междуречья и не имели какой-либо четкой космологической и религиозной системы. Среди первичных шумерских богов выделяется бог мудрости и силы Энки, который рассматривался как бог, объединяющий мир людей с миром мертвых, а также бог жидкости. Именно с ним связано появление осознанного акта познания ферментированных жидкостей и становление культуры вина и пива.

Объединение или собирание вина в емкости — первая попытка управления объемом, суммой различных энергетических параметров. Практически таким же образом была сформирована шумерская письменность, которая вначале также носила собирательный характер и, так сказать, «складывалась в горшки», что впоследствии перешло в форму клинописи, имевшей впоследствии очень широкий ареал распространения — как географический, так и этнический. Таким образом, культура вина и письменность имеют одну основу и, вероятно, развивались параллельно.

За 1500 лет развития своей культуры шумеры сформировали очень интересную горизонтально-вертикальную структуру восприятия пространства, которое рассматривается ими вертикально, горизонтально и касательно. Формы и явления, связанные с вертикалью, — планеты и звезды, располагающиеся сверху вниз по частоте восприятия. Таких частот семь, самая верхняя частота — Ан, или бог Ан.

Горизонталь связана с водой, в т.ч. подземной. Именно воды несут в себе истинные силы, которые поступают в пшеницу и виноград. Эти силы были воплощены в образе древнейших божеств, супружеской четы — Эннуги (божество воды) и его жены Жадали (она выражала силы созидания и рождения).

Из пшеницы и винограда изготовлялся напиток, питавший человека силой. Именно с этим напитком мы позднее встречаемся в эпосе о шумерском царе (энси, шумер.) по имени Бильга-мес или в аккадском (семитском) варианте — эпосе о Гильгамеше, окончательно сложившемся к концу III тысячелетия до н. э.

С именем этого царя города-государства Урук связан поиск бессмертия в борьбе с богиней Инанной (Иштар, аккад.) и богом Аном, которые были символами пространственной структуры бытия. Путь к бессмертию, таким образом, заключался в познании этой структуры и силы, выражавшей ее.

В связи с взаимодействием Гильгамеша и Иштар упоминается процесс поиска напитка жизни, который, по всей видимости, и был вином. На это указывают глиняные таблички, найденные при раскопках храма Иштар в Уруке (около 3000 г. до н.э). В те времена культ Иштар еще набирал силу. Собственно винная сила была выражена у шумеров в образе богини Гештинанны (виноградная лоза неба, шумер.).

Ритуалы с вином стали открытием шумеров и ассирийцев. Посредством ритуала они осуществляли две задачи. Одной было проведение духа умершего в царство мертвых, второй и главной была связь с божественными силами. Для этого шумеры создали формы, которые наделялись статусом и функцией связи мира стихийных форм с миром вечным.

Чтобы древние могли выйти на связь с определенной частотой этой структуры, ее ритмом, им и нужна была пространственная конструкция, выразившаяся в культе плодородия. Этот культ позволял шумерам и ассирийцам наполняться божественными силами, ощущать бога, в т.ч. и посредством потребления напитка, выражавшего эти силы.

Все остальное — гимны, поэзия — было внешним и имело прикладное значение. Кстати, первая винная поэзия относится к периоду становления того же шумерского города Урук, где властвует бог неба Ану и где царствовал Гильгамеш. Второй важной силой здесь становится богиня Нинхурсаг, которую впоследствии Хаммурапи, легендарный царь шумеро-аккадского Вавилона, считал своей матерю.

В этот древнейший период вино считалось сакральным напитком, и его потребление было привилегией только особых людей. По одной из альтернативных версий, древнейшее вино делалось из фиников.


Тотемный напиток

Приблизительно к XXVI-XXV векам до н. э. в Междуречье формируется культура вина, уходящая корнями в культ плодородия. Еще до этого шумерам было известно пиво, которое воспринималось по своим функциям так же, как впоследствии вино. С возникновением вина возникает и новый вид традиции — следование вегетативному периоду созревания силы и формирование астрологии.

До воцарения Мескаламдуга (XXIV век до н. э.), царя шумерского города Ура, вино воспринималось как данность высших сил, являло собой некую материализованную субстанцию, было тождественно силе природы, и ему скорее поклонялись, чем давали какое-то объяснение.

Попытки определения функций вина, скорее всего, начались с эры правления Мескаламдуга. Одна из таких функций — придание вину силы тотемности. Вино стало выражать не просто силу, а силу конкретного места со всеми его характеристиками. Во времена правления Мескаламдуга возник первый символ винограда — бык, который был тотемным животным и символизировал также оплодотворяющую силу. По сути, слияние культа поклонения быку с культом почитания вина — это первые попытки определения качества терруара, его почвы и соотношения силы места с космическими принципами.

По всей вероятности, здесь же мы находим и выражение некого ритма, который был важнейшей святыней шумеров. Ритм был связан со священным обрядом соития с плодоносящими силами земли. Этот обряд воспроизводил магическую связь царя с быком или землей. Оплодотворение пространства во всех месопотамских культурах связано с обретением бессмертия, которое выражалось в символах быка и вина.

Насколько это имеет прикладное значение, сказать сложно, но интересно отметить, что начало Первой мировой войны совпало по времени с раскопками Ура и непосредственно со вскрытием могилы Мескаламдуга и царицы Шубад.


Физика божественного

Царь Саргон (Шаррумкен, аккад.) сыграл огромную роль в истории Месопотамии, не просто создав царство Аккадия, но и объединив все семитские племена в XXIV веке до н. э. Он создал номы, города-государства, которые повлияли на понимание источника, воды и винограда. С именем Саргона связывают создание первого винного хранилища, коим становится не только определенное место для хранения вина, но и часть храма или обожествляемая часть города. Вино, таким образом, стало ассоциироваться с выраженными формами.

Задачу собирания силы выполняли различные сосуды, которые могли увеличить силу места или, по крайней мере, ее зафиксировать. Воплощением таких форм стала легендарная статуя Гудеа (правителя шумерского города Лагаш в XXII веке до н. э.), посвященная богу Нингирсу (личный бог Гудеа), которая выражала связь с божественными силами.

Таким образом, одни сосуды, к которым мы относим и города, выполняли задачу сохранения, другие — задачу связующую. Статуя становится некой матрицей между человеком и высшей силой, и основная задача заключалась в том, чтобы питать ее. Напоение вином как раз и было основным процессом ее питания. Шумеры, фактически, оживляли статую.

Эти процессы относятся ко II тысячелетию до н. э., когда начинает активно распространяться культ Иштар. Вино, как и богиню, начинают олицетворять с Венерой, планетой экстатического состояния. Становление культа вина как осознанного действия неразрывно связано с женским образом. В эпосе о Гильгамеше Иштар отправилась в страну мертвых и была возвращена посредством вина, которое оживило ее, т.е. вино ассоциируется с живой водой, возвращающей людей из страны мертвых. Так вино становится процессом, а не просто силой.

Впрочем, поиск живой воды, которую олицетворяло вино, является основой чуть ли не каждого шумерского мифа. Например, Гильгамеш ищет тайну познания жизни через растение Солнца, коим является виноград. Это растение, как считалось, было способно возвращать жизнь.

Существует версия, что урукская богиня была реальной женщиной, женой царя. В ходе становления великого государства развивалось и восприятие вина, его роли в жизни человека, особенно в аспекте взращивания чувства. Древние шумеры рассматривали вино как продукт, который питает чувства. Именно это стало в свое время божественным откровением для древних. Чувство обожествлялось, оно имело силу, и сила эта создала великую империю.Оживление статуи вином дало сильный толчок и поклонению самому вину. Вино стали не только ассоциировать с конкретными божествами, оно само по себе стало восприниматься как божественная эссенция.

В процессах «оживления» интерес представляет, так сказать, материал, с которым вино входило во взаимодействие, т. е. в реальности речь идет об оживлении психологического архетипа божества. Подобное отношение к божествам имеет четкое научное обоснование. Вино, морская вода и уксус дают постоянный электрический ток до 5 мА (в зависимости от электролита) и создают напряжение в области 0,5 В. Следовательно, при определенной конструкции создается частота вибрации, и частоту эту при определенных навыках можно настраивать.

А поскольку за образом каждого божества скрывалась, как мы обозначили вначале, определенная частотная характеристика, то шумеры выходили на связь с этой частотой путем определенных превращений с вином. Те или иные характеристики вина были ключом к обретению «божественной» силы. Вино, таким образом, рассматривалась древними как особый проводник, и его значение для жителей древности переоценить сложно.

Фактически это означает, что в Месопотамии, древнейшем винодельческом регионе, вино являлось связующим звеном чуть ли не во всех аспектах жизни. Неудивительно, что его смешивали, делали различные коктейли и ставили над ним различные эксперименты.

Вино являло собой фундаментальные принципы бытия, без которых невозможно было оставаться на связи с богом. А связь с высшими силами предопределяла жизнь человека, следовательно, вино действительно было высшей правдой. По всей вероятности, вкус вина не имел большого значения, важны были его свойства, поскольку именно свойства предопределяли деяния древних.

Вероятно, древнейший из известных городов на земле Гандж-Даре (ок. 8500 до н. э.), расположенный в горах Загроса, был построен также благодаря вину. Это был город-сосуд или, если хотите, город-терруар. Этот город должен был, прежде всего, решать задачи соединения с силами высшего порядка, а не функциональные задачи места проживания людей. Т.е. город задумывался с целью концентрации, но прежде всего определенной энергии, а не человеческих жилищ. А жилища строились относительно этой энергетической оси. Подобное можно сказать и об Иерихонe (Палестина) и  Чайеню  (Анатолия, Турция). Следовательно, город и вино соединялись в своих значениях еще в древнейшие времена.


Винный храм царя Гудеа

В XXII веке до н. э. происходит очень интересное событие, которое остается незамеченным многими историками вина, — соотнесение вина с минералом диоритом, из которого делали статуи. Эту практику связывают с правлением царя Гудеа в городе-государстве Лагаш, где вся жизнь выстраивалась вокруг храмов.

В этот период ключевое значение приобретает качество статуй, которые должны орошаться вином. Это также связывают с питанием некой страны, откуда нет возврата. Т. е. мы наблюдаем попытки улучшения не столько вина, сколько того, с чем оно взаимодействует. Действия сходного характера мы наблюдаем у великих племен доколумбовой Америки — анасази, хохокам, питавших свой астральный город солнечным металлом.

Во времена Гудеа создается один из самих интересных храмов Месопотамии — храм бога Нингирсу, посвященый священной воде, под которой, скорей всего, понималось вино. При строительстве этого храма Гудеа получал помощь «множества различных богов», пребывая на частоте тех сфер, которые должны были увязываться с храмом. Записи Гудеа на статуях и сосудах говорят о том, что многое подчинялось неназванной силе.

Вино играло в этом процессе ключевую роль: все, от медной храмовой чаши и священной корзины до определенной формы кирпича, заполнялось глиной, пропитанной вином. Фактически, мы можем говорить о неком способе винного строительства, особенно учитывая тот факт, что вино воспринималось не как жидкость, а как минерал.

Ориентация на Солнце и связь храма с Солнцем объясняет многое. Существует несколько версий, зачем этот храм был облицован покрытием толщиной в две ладони, что, по сути, спрятало винные камни от Солнца. Так как храм был облицован, не совсем понятно, как и зачем должна была проявляться Священная вода. Вероятно, здесь мы видим прообраз винного погреба, выстроенного в согласии с божественными пропорциями, что было условием процесса внутренней трансформации вина.

Здесь же мы находим надпись о жизненной силе Шульшагана, который был сыном Гатумдуг, дочери верховного божества Ана. Стоит принять во внимание, что сам царь Гудеа был рожден жрицей и называл Гатумдуг своей матерью. Видимо, в процессе зачатия жрицы наделялись качествами божества. Одно из имен Гатумдуг, покровительницы Лагаша, было «Священная корова», что указывает на связь с древнейшим тотемом быка и вином.


Вино — акт утверждения воли

Окончательное формирование винной культуры Месопотамии связано с довольно сложным периодом кутиев, племен из Загроса, родственников современных дагестанцев. Нашествия кутиев привели к падению Аккадского царства, однако при этом мы наблюдаем повсеместное распространение винной культуры в Междуречье, которая приобретает различные черты в зависимости от задач, определявшихся той или иной группой племен.

В этот период укрепляются позиции вина, отношение к нему. Именно отношение к вину начинает притягивать к номам различные племена, которые стремятся заполучить место, связанное с культом вина, как место, обладающее определенной силой. Следует иметь в виду, что любые войны и разрушения святилищ в это время имели не варварский характер, а были осмысленным разрушением связей с источниками, которые, по верованию древних, питали те или иные государства, тех или иных правителей.

Так что одно дело — констатировать факты, а другое — пытаться понять смысл действия. Так, к примеру, если аккадские цари преимущественно питали статуи, то племена кутиев, о которых известно, что они обладали огромной силой, искали возможности для укрепления этой силы. Известно, что правители Лагаша Ур-Бау и Гудеа не только платили дань кутиям вином, но и при их помощи усилили строительство храмовых комплексов.

Поэтому падение шумеров, а впоследствии и аккадского царства, влияние кутиев никак не сказались на отношении людей к вину. Какие бы царства ни появлялись на территории Месопотамии, ключевым фактором укрепления и развития для них были номы, города-государства, выстроенные в соответствии с определенными пропорциями, позволявшими усваивать силу.

После периода питания символов и статуй вином, вино начинают подносить правителям, представляющим небесные силы на земле. Принятие вина символизирует идентификацию воли человека, которую надо питать. Маловероятно, что вино воспринималось в этом значении прежде — слишком велика была воля к поклонению и признанию высшего порядка над низшим, который и представлял человек.

Таким образом, мы можем говорить, что в период XXIV-XXII века до н. э. вино начали потреблять как акт сознательной воли, акт контролируемого человеком развития, что и характеризует винную культуру в дальнейшем.

В XVIII веке до. н. э. миру является великий царь Вавилона Хаммурапи (1792 — 1750 гг. до н. э.), завоевавший всю Месопотамию. На свет появляется его знаменитый свод законов, радующий сердце Иштар, чьи ворота, сохранившиеся до наших дней, были украшением великого города. Сменившие вавилонян арии лишь закрепили все то, что было разработано с вином до них.

Вплоть до конца II тысячелетия до н.э., когда ассирийцы начинают доминировать в районе Месопотамии, мы можем говорить о серьезном влиянии культа вина. До VII века до н.э. вино все же оставалось уделом богатых, но с этого момента в Месопотамии начинается уже новая история, наступают новые времена. Доминирующие позиции в регионе занимает Нововавилонское царство халдеев, на авансцену выходят хетты, фригийцы, лидийцы, лувийцы, хурриты, карийцы, персы, мидийцы, парфяне, скифы… Начинается новая глава в развитии винной культуры.

 

07 декабря 2009

Задать вопрос автору


Только зарегистрированные пользователи сайта могут задать вопрос. Авторизуйтесь.

Если вы не являетесь зарегистрированным пользователем, вы можете зарегистрироваться здесь.



150
| Code de Vino

Отправить эту страницу другу


Share |
Имя:
Емаил:
Имя друга:
Емаил друга:
Сообщение:
Введите символы на картинке:
Введите символы на картинке

Вид для печати
top